?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Сванетия на конях. Кульминация.
btromanova
Итак, после выхода из Халде погода наладилась, и мы начали подъем на перевал у Латпари, где-то за перевалом была запланирована ночевка у озера.


Дорога наверх была хорошая, видимо, сделанная вместе со строительством линии электропередач. Лошадка топала резво, надеясь, наверное, за очередным поворотом увидеть... Не знаю, что она хотела увидеть, может поляну клевера, или озеро, но когда за поворотом был виден только новый кусок дороги, она горестно, как мне казалось, вздыхала и шла дальше.

Света улыбается и машет:


Я вот заметила, что при забирании наверх есть некоторая неприятная особенность: снизу гору видно хорошо, и кажется, ну, низкая ж гора, сейчас мы быстренько залезем. А потом начинаешь идти по дороге, а она все не кончается и не кончается --- вершину не видно, справа обрыв, слева склон, впереди дорога. В какой-то момент подъема стало видно сотовую вышку, мы с конем ползли к ней, в надежде, что она стоит на берегу озера, где мы, наконец, поставим палаточки. Но нет, вышка стояла на какой-то локальной вершине, а за ней дальше по хребту тянулась та же дорога с вышками ЛЭП:


В ожидании хвоста группы, мы поднялись к вышке. Ничего интересного там не было, но вид был неплохой:


Да, кстати, забыла сказать, с самого начала путешествия с нами шла собака, дворняжка, но с благородным окрасом, напоминающим пикардийского спаниеля:


История появления собаки точно неизвестна, но вроде бы, она пришла в Адиши с какой-то группой туристов из Местии за пару недель до нашего выхода, и там и осталась. А затем увязалась хвостом за нами и прошла, кстати, почти весь маршрут. По утрам собака скакала по высокой траве склонов, кажется, пытаясь поймать какую-нибудь живность, но к вечеру, особенно на подъемах, силы ее иссякали, она находила где-нибудь тень, и ложилась с видом "командир, пристрели меня здесь, я больше не могу". Однако, понимая, видимо, что иначе ее ждет голод и тоска, все же поднималась и шла за группой.

Лучше всего с собакой смотрелся Дима, на всех фотках у него вид заправского охотника, не хватает разве что двустволки за плечом:


Что-то я отвлеклась. Итак, вечерело, а нам-таки нужно было дойти до озера. На гору тем временем наползло облако и мы продолжали идти в густом тумане под периодически появляющимся моросящим дождем. Точнее, дождем это сложно назвать, дождь же должен идти сверху, а тут как будто просто появлялись мелкие капли вокруг. Наконец, показалось озеро, мы быстро поставили палатку, спрятали туда уставшую Соню (одиннацатилетняя девочка из Израиля, которая шла наравне с нами-лосями), а сами, как люди с развитым чувством гражданской ответственности, пошли помогать ставить палатку Левану с Тамазом, которые явно испытывали трудности:


Света помогала, я подбадривала и фотографировала:


Меня всегда удивляло то, как преображается место стоянки утром. В первый раз за время похода стало видно четырех- и пятитысячные вершины Безенгийской стены. На фотке, если я не ошибаюсь, слева Гестала, справа Шхара.


В общем, день был солнечным, у нас был запланирован короткий (ХА-ХА) переход со спуском в Ушгули, поэтому все решили немного покататься без вещей.
Аня, Вова и Гестала:


Соня там же:


Дальше все шло хорошо, мы довольно легко, не считая одного подъема мимо тропы подошли вплотную к Латпари и затем спустились ко второму озеру, где у нас было место обеда.

Подъем мимо тропы:

Дима и Женя на фоне Латпари:

Дима показывает, как правильно падать в пропасть:

Место обеда:


После обеда, нужно было пройти чуть-чуть дальше по хребту и спуститься в деревню Ушгули. И вот тут началось интересное. Наши конепомощники, местные, Леван и Тамаз, несмотря на то, что один шел пешком, а второй на хромой лошадке (захромала она где-то на второй день похода), обычно шли впереди группы, а Алена, руководитель и гид, знавшая маршнут, обычно шла сзади. Это было странно, но раньше особо не мешало. На этот раз Леван ушел далеко вперед по тропе к предполагаемому месту спуска, но Алена сказала, что тут есть более короткая дорога, с более удобным спуском, и мы пойдем по ней. Когда мы начали спускаться, стало похоже, что тропы на самом деле нет. Поросший невысокой травой склон был довольно крутым, поэтому спускаться траверсом, ведя коня на поводу, было страшновато. Вскоре нас догнал Леван и сказал, что дороги вниз тут нет, по верху он дошел до указателя на спуск в Ушгули. Алена не слишком уважала мнение Левана, точнее, было даже похоже, что мы делаем противоположное тому, что он говорит. В общем, несмотря на удивленные лица Левана и Тамаза, утверждавших, что так мы в Ушгули не спустимся и нужно возвращаться назад на хребет, группа решила идти вниз по тропе, которой пока нет, но вот-вот должна появиться (ХА-ХА еще раз).

Низкие горы, по которым мы шли, в этих местах выглядят так: внизу долина с речкой, местами с обрывистыми берегами, дальше лес, не то, чтобы слишком густой, но без тропы там не пройти, наверху "альпийские луга", травка и цветочки, а между ними --- заросли рододендронов, низкий, примерно по колено, густой кустарник со спутанными ветками и корнями. Говорят, что когда они цветут, в горах невероятно красиво. Сначала Жене нравились рододендроны, она даже хотела выкопать один и взять с собой в Питер. Но мы все шли и шли.





Ехать на коне было нельзя, слишком круто, поэтому приходилось вести его на поводу, убеждая словом и прутиком, что скользкие корни и камни --- это не страшно.

Соня ведет Сэнди через заросли рододендронов:


В общем, было похоже, что тропы тут и правда нет. Солнце начинало заходить за горы, Ушгули было видно, но деревня по-прежнему была далеко внизу.


Даже если бы мы вышли из рододендронов, впереди нас ждала зона леса, и как по ней идти без дороги, я представляла слабо. И было непохоже, что где-то можно будет найти место под палатку. У Алены вроде как тоже не было плана, а если и был, то от группы от его тщательно скрывала, поэтому в конце концов мы сказали что-то вроде "дорогой Тамаз, выведи нас, пожалуйста, отсюда, мы теперь всегда будем тебя слушаться". Тамаз с Леваном приняли стратегически правильное, на мой взгляд, решение, идти наверх к указателю на тропу в Ушгули: на хребте можно было найти плоский участок для лагеря, где-то там должно было быть еще одно озеро, и было понятно, куда идти на следующий день.

Света ведет лошадку наверх:


Тамаз говорит, что озеро где-то там:


Тот самый указатель:


Часть группы до самого верха так и не поднялась, найдя плоское место для лагеря недалеко на склоне. Так как все уже очень сильно устали, к озеру решили не ехать, а устроить сухую ночевку, сделав вместо ужина только чай из остатков воды, которую несли с собой.

Вообще, я считаю, что в каждом походе должен быть один или пара дней, подобных этому, иначе что это за поход. Таким был подъем по бесконечной сыпухе в Хибинах, таким был первый день велопохода в Норвегии, пройденный по снегу. Такие дни задают некоторую точку отсчета вроде "хуже уже не будет", именно их потом вспоминают, говоря "а помнишь, как мы тогда?". Женя тогда сказала, что этот спуск и подъем заставил ее переосмыслить жизненные ценности, и больше она не любит рододендроны.

В следующей серии: грузинская кухня, ледник Шхары, и как мы сами попробовали себя в роли лошадок.